ПРОЕКТ ДЛЯ ТЕХ, КТО ПРЕДПОЧИТАЕТ СЛУШАТЬ
НАСТОЯЩУЮ МУЗЫКУ/ ПРОЕКТ НЕ ТОЛЬКО О РОКЕ

   ИСПОЛНИТЕЛИ          НОВОСТИ               MP3               КЛУБЫ               ФОРУМ               ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ

Сделано в белом
Сделано в белом

Водоросль

Водоросль
Иноземец
Иноземец
Танцы Теней
Танцы Теней

Вымыслы
Вымыслы

77 RUS
77 RUS

 



 

 

 

 

 

 

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 





 

 





 

 





 

 






 

 

ИННА ЖЕЛАННАЯ
инна, вы, конечно, способная девушка, но пришло время работать...
........................... | КАК НАЧИНАЛОСЬ: ПРЯМАЯ РЕЧЬ


История группы устами Инны Желанной
История группы: официальный пресс-релиз


  История группы устами Инны Желанной
история взята с сайта Инны Желанной

Я родилась в Москве на Таганке
в морозную февральскую субботу около 4-х часов дня. Мало что помню из детства, но знаю по рассказам родственников, что с рождения имела отличный музыкальный слух, в 3 года уже подпевала не менее музыкальным родителям, легко подстраивая вторые и третьи голоса, и всячески старалась участвовать в музыкальных вечеринках в нашем доме.
За что и поплатилась. О чем и не жалею.

Жили мы в подмосковном городе Зеленограде. Это был закрытый городок, считающийся районом Москвы, однако на отдельном обеспечении. Здесь на различных заводах производились магнитофоны Электроника, автоматические определители номеров и много еще всякого такого, о чем не принято было говорить в те годы вслух, а каждый четвертый ребенок по неопубликованным социологическим данным рождался предрасположенным к пороку сердца.

Не помню, сколько мне было лет, когда меня стали обучать игре на фортепьяно, но помню, хватило четырех, чтобы понять, что я не хочу учиться. Детскую музыкальную школу я не закончила.
 
 


Мама
работала в ДМШ руководителем детского хора. С тех пор, как я себя помню, я всегда присутствовала на ее отчетных и праздничных концертах, в пионерской форме, с галстуком, в верхних сопрановых рядах. И даже будучи уже взрослой тетей я иногда входила в положение своей мамы, откликалась на ее слезные просьбы о помощи и, скрепя сердце, вставала в пионерские поющие ряды.

Несмотря на то, что мой отец был инженером, конструировал вакуумные печи для космических экспериментов над живыми микроорганизмами (и это еще не самое интересное, над чем трудился наш славный городок - электронный город-спутник Москвы), он был необычайно одарен музыкально. Своими, без лишней скромности сказать, сильными музыкальными способностями я обязана именно ему. Самую простенькую песенку, например..., ну не знаю, что там пелось-то в те годы?.. "Пара гнедых", "Ой, да не вечер" - он одевал в такие немыслимые аккорды, в такие околоджазовые хитросплетения звуков!.. Именно благодаря отцу я ощутила магию гармонии музыки и больше никогда не расставалась с этим чувством.

Видимо, так проходило мое детство.
    
Признаться честно, в школе я не блистала. До седьмого класса я училась легко, не имея посредственных оценок, благодаря только тому, что посредственностью никогда не была. Но до сих пор помню слова бесконечно уважаемой мною Берты Андреевны Волик, преподавателя бесконечно любимой мною биологии, когда, безжалостно ставя первую в моей жизни двойку, она сказала мне: "Инна, Вы, конечно, способная девушка, но пришло время работать."

После школы вопрос о моей дальнейшей учебе оставался открытым. Мне ничего не нравилось, я ни к чему не стремилась, музыка к тому времени осточертела мне настолько, что я и не думала связать с нею свою жизнь. Но мама своими переживаниями умела меня достать, и чтобы успокоить ее, дескать, дочь при деле, я поступила в Музыкальное училище им.Ипполитова-Иванова на отделение Академического вокала. Дочь, поющая оперные арии, - об этом мама могла только мечтать, - и на какое-то время дома наступило затишье, меня оставили в покое, к тому же меня просто не было дома: днем я работала, вечером ехала в училище, в ночи - на репетицию. К тому же брату Алеше тогда уже было лет семь. Вся воспитательная энергия родителей пошла в этом направлении.

Мне трудно восстановить хронологию событий, но где-то там, в 1984-5-6-7-м годах я играла и пела в различных коллективах самодеятельного толка, записывалась "на подпевках" с известными группами (Алиса, Калинов Мост) и даже создала свою под названием М-Депо. Не знаю до сих пор, что означало это название, но играли мы безобразно. Да и кому было играть, музыканты гуляли туда-сюда, приходили и уходили, а я оставалась. Может, стоило бы рассказать о Московской Рок-Лаборатории, но я имела к ней отношение косвенное, и ничего интересного об этом периоде своей жизни припомнить не могу.

В редкое свободное от работы и учебы в училище время я ездила на концерты и фестивали. "Наутилус", "Калинов Мост", "Телевизор", "Аукцыон", "Аквариум" - вот примерный круг моих увлечений в то время. Я была добросовестной поклонницей, собирала фотографии своих героев, ими были увешаны все стены, одевалась к концерту как положено (на "Алису" - черно-красное, на "Телевизор" - черно-белое, на "Калинов Мост" - фенечки). Позже я влюбилась в "Вежливый отказ", а вместе с ним и в музыку. С зарубежными группами было сложнее, я знала не много. Нравились мне Gabriel, King Crimson, Led zeppelin, Yes.

Поскольку у меня тогда появилась квартира в Москве, от родителей я уехала совсем. Но мама продолжала за меня беспокоиться. Не покидали ее черные мысли о "дурной компании", в которой заблудшая дочь пропадает дни и ночи напролет. Как-то раз она попросилась со мной. Как сейчас помню, ехали мы большой компанией в ДК "Серп и молот" на концерт "Аукцыона". Звук был - не передать словами, просто какой-то ацкий скрежет зубовный. Но атмосфера и настроение сделали свое. Народ стоял на ушах.




Маме понравилось. "Какие одаренные ребята!" - восхищалась она. - "А вот этот, который танцует, - какой яркий и выдающийся молодой человек!" После этого она много раз ездила со мной на разные концерты, но ни одна группа больше не смогла завоевать ее внимания настолько, как "Аукцыон".

Ну что же, дальше можно догадаться, что в училище я не стала Марией Каллас. Голос у меня был заурядный (на мой критичный взгляд), душа к классике не лежала, бросать курить не хотелось. К тому же, я уже тогда занималась "рок-музыкой" - так это назовем, чтобы не углубляться в малозначительные детали, - все это привело к тому, что как-то осенью после тяжелой продолжительной простудной болезни голос у меня пропал совсем. То есть абсолютно. То есть как рыба. "Открывает рыба рот, но не слышно, что поет" - это было про меня. И вернулся он только спустя 4 месяца. Пришлось зановоучиться даже разговаривать. Из училища к тому времени я уже была отчислена, а это был последний курс. С мамой было дурно.

Но я в душе тихо ликовала, говоря маме,- вот видишь, значит, не судьба, значит, не надо занимать чужое место, жизнь сама все правильно расставляет по местам.

Примерно в это же время, в 1989 году, я познакомилась с Игорем Замараевым. Где-как - не помню, да это и неважно. Он привел меня в МДМ. Там по соседству со студией, в которой он работал, находилась репетиционная комната. В ней-то и проводили свое репетиционное время музыканты Альянса. Мне в то время их музыка не нравилась совсем. Но Замараев был уверен и уверял меня, что этот коллектив на многое способен, что неважно, что они сейчас играют, важно, что они потенциально могут.

"Они сделают твоим песням такие аранжировки!.. Ты не врубаешься, что кроме них в этой стране никого нет! А я дам вам времени на студии - сколько понадобится. Хоть ночевать там будете." И действительно, так все и было.

Помню, вся обстановка нашего знакомства напоминала худсовет. Вся группа - Журавлев, Калачев, Гаврилов, Баранов, Миссаржевский, Кистенев и сам Замараев - уселись вокруг стола и в ожидании уставились на меня. Я готова была провалиться сквозь землю. Но Замараев сказал - Пой давай! - и не было у меня сил с ним спорить. В гробовой тишине я дрожащим голоском спела пару каких-то песен собственного сочинения. Никто ничего не обсуждал. И после фразы Гаврилова "Ну наконец-то!" разговор пошел о конкретном. Как записать, когда записать. Договорились быстро и по-деловому. И записали.

Можно много рассуждать о качестве этого материала. Можно обсудить, как спето, как сыграно, как сведено... Но мне это все не важно. Это были, пожалуй, лучшие дни в моей жизни. Это был мой первый настоящий опыт. Это была первая настоящая студия в моей жизни - и какая! Если быть совсем откровенной - я до сих пор не понимаю, как это все могло произойти со мной, скромной девочкой из маленького городка. Короче, я была счастлива. Мы приходили, когда хотели, уходили, когда хотели, иногда и вовсе не уходили, делали все, что приходило нам в голову, ни в чем себе не отказывая,- для экспериментов Замараев был всегда открыт и сам же на них настаивал. Например, кто-то, стукнувшись случайно о стену локтем, заметил, какой интересный получается звук. Все начали колотить по стенам, искать, где как звучит. Как дети малые, ей-богу... Так и записали эту стенку (в песне "На Восток" альбома "Сделано в Белом"). Мои песни, записанные Альянсом, органически влились в общую канву этого альбома.

Мы решили не расставаться после записи альбома, и в течение двух лет ездили с этой программой, концертировали, репетировали.

Последний концерт с Альянсом состоялся в ноябре или даже декабре 1991 года. И примерно в то же время  в студии шла запись совместного альбома "Зима в Москве", с Мари Бойне (Норвегия), Андреем Мисиным и, естественно, Альянсом. Диск был издан в Норвегии в 1992 году. Переиздан в Германии в 2001 году. В России не издавался.


8 Марта 1992 года
, родился мой сын Ваня.

На два года я совершенно отбилась от коллектива, и всё пошло наперекосяк. На меня повалились неприятности, разочарования, я потеряла родителей одного за другим. Я вынуждена была уйти из собственного дома и долгое время жила тайно у Ларисы и Андрея Миансаровых, - так сложились обстоятельства. Но черная полоса моей жизни осталась за порогом этого гостеприимного дома. Надо отдельно сказать, что за десять лет жизни в г.Москве я не завела себе подруг, кроме Ларисы. А ее муж Андрей - широко известный в музыкальных кругах пианист (не люблю слово "клавишник") - стал инициатором записи альбома Водоросль.

Как-то вечером мы уселись за его музыкальной "кухней" и попробовали поиграть, позаписывать, попридумывать. Кто мог ожидать, что из этого что-то получится! Мы делали аранжировки к песням, которые были тогда у меня в арсенале, досочиняли, додумывали... Андрей, как человек творческий, имеющий хороший музыкальный вкус и должное музыкальное воспитание, направлял меня, поскольку тогда я не очень представляла себе, что собственно такое аранжировка, я никогда не занималась этим сама. Постепенно песни "зазвучали". Стало ясно, что с ними надо что-то делать...

В то время меня иногда приглашали выступить некоторые дорогие клубы. Петь надо было под фонограмму, но выбирать не приходилось. Надо было как-то жить. Однажды я выступала "под фанеру" в одном мажорном клубе, там ко мне подошел мужчина солидного вида, сказал, что давно знает мои песни, они ему нравятся и, "если нужна моя помощь - обращайся", - дал номер телефона. Я не заставила долго себя ждать, и вскоре у нас сложились дружеско-деловые отношения. Это был Юрий Иванович Рипях. Именно Юра приложил все силы, душевные и финансовые, чтобы материал был записан и выпущен. И несмотря на то, что вскоре наши пути разошлись, я всегда буду бесконечно признательна Юре и его жене Наташе за помощь и поддержку в тяжелые для меня времена.

А тогда, в 1994 году, мы принесли записанные у Андрея на компьютере песни в студию театра "Ленком". Возникла мысль, а не переложить ли некоторые партии на живые инструменты? Встал вопрос о музыкантах. Ну и, естественно, первый, о ком я подумала, - это Сергей Калачев. На барабаны был приглашен Андрей Кобзон, одну песню сыграл Игорь Джавад-Заде. Игорь Журавлев на гитаре. Старостин, само собой. Если взять пластинку "Водоросль", можно увидеть имена еще многих музыкантов, именитых и не очень.Но я буду рассказывать только о тех, кто после записи в студии откликнулся на мое предложение о продолжении совместной работы.

Новую группу составили :

Игорь Журавлев - гитара
Сергей Калачев - бас-гитара
Сергей Клевенский - духовые
Игорь Джавад-заде - барабаны
Инна Желанная - вокал


чуть позже присоединился Сергей Старостин - духовые и вокал

В 1995 году мы познакомились с Александром Чепарухиным. Как и где, я, естественно, не помню. Но тогда же в 95-м он уже повез нашу еще неизданную "Водоросль" на WOMEX (World Music Expo - выставка достижений в данном музыкальном направлении). Результатом стала поездка по двум берегам Америки. С подачи Саши одна наша песня вошла в сборник "Единый Мир" фирмы "Putumaio", где было представлено еще немало групп и исполнителей, и наша поездка была совместным с ними промоушен-туром. В Вашингтоне мы играли на фестивале "День защиты детей" на открытом воздухе на площади перед Белым Домом. В конце этого тура мы, как и было запланировано, оказались в Атланте и выступили на открытии Олимпиады.

Далее, в 97-м мы поехали в Голландию записывать новый альбом. Не то, чтобы мы специально поехали, просто были рядом, в Бельгии, в Генте (старинный красивый город). Саша подал мысль, и мы поехали. Не буду подробно описывать каждый день, проведенный в "Sing-Sing-Studio" в маленькой голландской деревеньке недалеко от Амстердама. Вы и сами отлично можете себе это представить. Буду излагать факты. Записали. Вернулись. Выпустили. И в 98-м уже всей группой приехали на WOMEX в Стокгольм  себя показать, на других посмотреть. Мы с Сергеем Клевенским работали там не покладая рук, надо нас похвалить, ничего не поделаешь. Остальные ленивцы тоже иногда присоединялись, к вечеру, но основную часть времени они ленились. А мы с Клевенским вставали в 10 утра и, не позавтракав даже, ломились в ДК, где проходила выставка. Оформляли стенд компании GREEN WAVE плакатами, фотографиями и релизами компании, садились на стульчики и крутили на магнитофоне привезенные Сашей музыки. А из музыки кроме нас под большим теплым крылом Саши Чепарухина на выставке пригрелись: тувинский квартет Хуун-Хуур-Ту, Степанида Борисова, "Myllarit", "Mystery Juis" и другие уважаемые коллективы. Подходили продюсеры, манагеры, приходилось разговаривать. Вспомнился сразу весь школьный английский, как в стрессовые моменты открывается второе дыхание. Бывало, гуляли мы с Клевенским туда-сюда по выставке, других-то посмотреть. Пластиночками менялись, контактные адреса-телефоны раздавали направо-налево. А вечерами все вместе посещали концерты разных групп, одна другой краше. Ну и сами, конечно, играли тоже.


После Стокгольма Саша, честь ему и хвала, организовал нам участие практически во всех европейских фестивалях - этнических, джазовых, джаз-роковых и даже в парочке попсовых.  К нам присоединился лучший звукорежиссер, о каком можно было только мечтать, - Илья XMZ, основатель московского музыкального проекта MALERИЯ. Обладая хорошим слухом, имея мощную техническую базу и европейский уровень профессиональной подготовки, Илья делал звук, соответствующий самым строгим требованиям.  А мне с ним было спокойно и комфортно, как за каменной стеной. Мы стали записывать на минидиск каждый концерт, чтобы потом критичным ухом слушать ошибки в игре и подаче. Один их таких концертов стал концертным альбомом Moments. Он был записан Ильей с пульта на минидиск в клубе Moments в городе Бремен (Германия).

Возвращаясь к рассказу о Чепарухине... Саша, можно сказать, дал группе новое рождение. Мы стали много ездить за пределы Родины, часто концертировать и вообще как-то воспряли духом. Саша познакомил с нашей музыкой немецкую компанию JARO и американскую SHANAKIE, и они выпустили соответственно в Германии и Америке наш записанный в Голландии альбом "Иноземец". Дальнейшая работа сложилась только с немцами, и несколько лет мы плодотворно сотрудничали с ними.

Ход дальнейших событий восстановить трудно. Мы съездили второй раз в Америку, пожили месяц в Эдинбурге на крупнейшем мировом фестивале (он так и длится месяц, играешь в нескольких местах, но каждый день), обогнули несколько раз всю Европу, умудрились даже посетить с концертами Канарские острова. Всей этой трудовой, суматошной, насыщеной, веселой и безумно интересной жизнью мы были обязаны Чепарухину.

Ну вот, так и несло нас с бешеной скоростью, что называется, "галопом по Европам". Но на самом деле все было далеко не безоблачно. В группе, как в любой семье, не обходится без проблем, конфликтов, несогласий, непониманий, а подчас и откровенных ссор. Кроме того втечение нескольких лет барабанщики сменялись один за другим. Кто-то из них не устраивал нас, кому-то не нравились мы. Приходилось искать нового, каждый раз репетировать программу заново. Потом все повторялось. Я думаю, причин было много. Некоммерческая направленность группы, гнусный характер руководящей творческой единицы, низкая продуктивность всего творческого звена, -  все это не могло не влиять отрицательно на отношения внутри коллектива. Оставались самые терпеливые. Большое им спасибо за терпение.

Так вот. С тех пор много утекло барабанщиков из группы. Утёк Джавад. Утекли Влад Окунев, Дима Кононенко, Коля Садовский, Гена Гордеев, Андрей Дмитриев, Рома Якшин, Паша Тимофеев, Митяй Цветков.



И наконец в 2002 году, в самом его начале, когда от нас уже не в первый, но точно в последний раз, ушел Пашка Тимофеев, мы случайно встретились с Джавадом в клубе "Форте" и пожаловались ему на очередную жизненную катастрофу, постигшую наш и без того побитый жизнью коллектив. Хотя мы и были к этому морально готовы, все равно подобные события никогда не бывают кстати и никогда не радуют. И Джавад дал нам телефон Володи Жарко. "Вот, кто вам точно подойдет". С мнением Джавада мы согласились сразу, как только услышали вовкину игру. Больше того, иной раз грешным делом кажется, что он лучше Джавада. Но на самом деле просто в музыкальном плане нам он подходил идеально. Он сам придумывал себе партии - и к ним уже ни добавить, ни убавить, ни исправить - у него отменный вкус и чувство стиля. Вовка - это подарок судьбы.  Мы работали вместе до самого конца, до последнего концерта в ЦДХ 19 декабря 2004 года. Это был фееричный праздник 10-летия группы, в котором участвовали многие звезды: Аркадий Шилклопер, Алексей Айги, Лев Слепнер, Андрей Мисин, Иван Смирнов, Аркадий Марто... И это был последний концерт группы с моим участием. Внутренние конфликты дошли до своей предельной точки, и я ушла.

Весной 2005 года мы с Ильей XMZ поставили финальную точку в записи нового альбома. Идея совместного проекта ЖЕЛАННАЯ/MALERИЯ наконец воплотилась в реальную работу, названную "77RUS". Илья еще долго сводил альбом, пересводил, мастерил, перемастерил... Периодически он звонил мне с вопросом - угадай, что я щас делаю? Это означало, что он опять что-то пересводит, доводит до ума, до конечного, идеального завершения. Наконец, все было закончено, и начались поиски издателя. Результатом этих поисков стал подписанный с компанией Гранд-рекордс контракт на издание альбома 77 RUS. Релиз назначен на май 2006 года.



Я буду периодически дописывать эту историю. Жизнь идет, и ничто в ней не стоит на месте...


А сейчас я должна назвать нескольких людей, кому я бесконечно признательна, кого буду всегда помнить, кого считаю своими учителями, кого просто очень люблю.

Владимир Николаевич Бармин - мой школьный учитель, лучший из всех. Его уже нет, а я даже не смогла приехать его проводить.

Лилия Ивановна Шаповалова - мой педагог по вокалу в муз.училище. Добрейшая женщина, прекрасный педагог, тонкий музыкант.

Андрей Фишер - я давно его не видела, но почему-то всегда вспоминаю его с теплым и светлым чувством. Он даже не знает об этом.

Дмитрий Ревякин - без коментариев.

Игорь Замараев - удивительный, прекрасный человек. Он очень много сделал для нас. Бескорыстно, никогда ничего не требуя взамен, кроме одного - чтобы мы занимались своим делом.

 

 




ИННА ЖЕЛАННАЯ

идея и дизайн проекта
'RealRock/Реальный Рок' -
Иван С. Данилов aka Desso